СЕЙЧАС - 10.01.2012 - Мне нельзя…

10. 01. 2012
englishdeutsch

Антон и DEREVO продолжают подготовку к съемкам музыкального фильма «Doppio» (реж. Антон Адасинский):

Антон считает, что сценарий еще не готов. А гитарист И. Тимофеев считает, что клип «Звезда» вобрал все идеи фильма и съемки закончены…

Л.Лейкин считает, что снимается многосерийный фильм, и прямо с третьей серии…

В общем, работа идет.

Бесконечные музыкальные репетиции, фото и кино-пробы… Надеемся, что в марте уже начнутся съемки, а пока — смотрите здесь…

Вашему вниманию предлагается клип «Звезда», одна важная фотография и длинный текст, объясняющий ее важность.

 

 

Поймите меня правильно. Новая вещь – она новая. А старая – она старая.

Вещь рождается на свет холодной.Потом она встречает своего первого человека
забирает у него частичку тепла, души. Потом еще и еще.

Окрашенная любовью других людей, она начинает сверкать, и круг ее поклонников растет.

У человека и у вещи бывают ссоры, разводы, пикники, свадьбы, преступления… Вещь
может уйти из дома, или сбежать с другим… Вещь может наказать и даже убить…
Поймите меня правильно…

Есть вещи живые – есть вещи мертвые. Как и люди. Но мертвого человека хоронят. А мертвая вещь живет в мире до своего физического исчезновения.

Живая вещь всегда была частью судьбы человека. Даже если это автомобиль или солонка. В начале 70-х люди стали петь грустные песни. И на звуки этих баллад слетелись Усталость и Неверие. Неверие во многое. В том числе и в свой труд. Зачем делать хорошую вещь? Кто увидит разницу?

Хладнокровный и безликий Китай засыпал нас мертвыми вещами. Ужас в том, что они
Копия настоящих, и в каждой из них смеется маленький человек с жесткими усиками и хитрыми глазами…

Музыкальные инструменты держались дольше всех…

Я ищу старые гитары. Пытаюсь сохранить или немного продлить им жизнь. Знаю, что будет день, когда НИ ОДНОЙ старой гитары на земле не останется.. Ну а пока..

Хофнер «Конгресс» – это 50-е годы. Недорогая была гитара. И отношение к ней было простое: и на пляж, и на пикник… Поэтому их совсем мало осталось.

Оъявление меня привлекло своей краткостью и какой-то несмелостью – «продаю старую гитару». Точка. И только одной фотографией, где на переднем плане старый чехол.

Показалось, что хозяин не хотел к ней приближаться. Цена явно была придумана – 100 евро. По форме я догадался что это Хофнер. По телефону хозяин подтвердил, что это Хофнер, что гитара висела на стене 40 лет. Договорились о встрече.

Ночью, в прихожей его баварского домика, я спросил его, знает ли он, что эта гитара стоит гораздо дороже.

— Возможно, сказал он, — но это сейчас не важно.

Сто евро он не стал класть в карман, искал куда их сунуть. Деньги жгли ему руки.
Запихивали гитару в чехол мы вместе. Она не хотела залезать. Я спросил его — играет ли он на гитаре. Ответил он громко, как будто бы для кого-то еще.
— Нет, но отец очень хотел этого. Он подарил мне ее очень давно, — потом поправился, — купил для меня.

Ему хотелось, чтобы я быстрее уехал. Мне хотелось того же.

Мне пришлось открыть окна в машине — так сильно от чехла пахло гнилью. Не висела эта гитара на стене! А была заперта в подвале, когда маленький мальчик окончательно не стал музыкантом. Но мечта умирает последней, не поднималась рука ни у отца, ни у сына расстаться с ней.

Она засверкала, когда я снял с неё слой плесени и сажи. Она оказалась НОВАЯ! На ней никто никогда не играл! В корпусе заметил бумажку. Вытащил и долго просидел, не зная, что с этим делать. На смятом обрывке детские каракули: мальчик за решеткой из струн и надпись:

«Мне нельзя».

 

Ich darf nicht

 

Текст: Антон Адасинский

 

  1. наталия Says:

    это хороший текст, правдивый, даже если приукрашен и придуман.
    но посоветовала бы этому человеку всё таки гитару не продавать.
    потому что и наши неисполненые мечты зачем то нам нужны.
    скучно без них.
    вовсе необязательно и неважно исполняються ли они.
    или лучше:мы не знаем,где и когда они исполнятся.
    может быть и не нам а кому то другому.
    и это тоже неважно.

  2. Krutej Krtek Says:

    ***
    Das Licht erlosch, der Vorhang ging zurück,
    Drei Marionetten führt man auf die Bühne.
    Das Spiel beginnt. Man gibt das alte Stück
    Von Harlekin, Pierrot und Kolombine.

    Die Fabel spinnt sich, Liebe ist die Szene
    Und Liebesleid. Zu Herzen geht das Spiel,
    Denn nichts rührt mehr als eine Puppenträne
    Und Puppenleid in uns ein Mitgefühl.

    Ein dunkles Weh aus einem andern Leben
    Ist Mitleid, das uns, wenn es uns erhellt,
    Die Dinge, die uns meinen, wiedergeben.

    Als ahnten wir, wie wir den Dingen gleichen:
    Wir schaffen uns aus Dingen eine Welt,
    In der uns nur die Dinge noch erreichen.

    Für DEREVO in Liebe, R. J.